Институт Русской Цивилизации
Об институте
Труды института
Большая энциклопедия
русского народа
Видеоматериалы
Вопросы и ответы
Рекомендуем посетить

Большая энциклопедия русского народа
|   Алфавитный указатель   |   Темы   |   Поиск
Я Ю Э Щ Ш Ч Ц Х Ф У Т С Р П О Н М Л К И З Ж Е Д Г В Б А

МУРАВЬЕВ МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ (1.10.1796—28[29].08.1866), ГРАФ ВИЛЕНСКИЙ, ВЫДАЮЩИЙСЯ ВОЕННЫЙ И ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ, БОРЕЦ ЗА РУССКОЕ ДЕЛО В СЕВЕРО-ЗАПАДНОМ КРАЕ (ЛИТВЕ И БЕЛОРУССИИ).

МУРАВЬЕВ Михаил Николаевич (1.10.1796—28[29].08.1866), граф Виленский, выдающийся военный и государственный деятель, борец за русское дело в Северо-Западном крае (Литве и Белоруссии).
Родился в старинной дворянской семье, родословная которой восходит к XV в. Его отец Н. Н. Муравьев (1768—1840) был боевым генералом и основателем Московского училища колонновожатых, прообраза Академии Генерального Штаба. Помимо сына Михаила в семье еще было четверо сыновей, в т. ч. будущий наместник Кавказа Николай, за взятие крепости Карс получивший прибавление к фамилии и ставший Муравьевым-Карским; Александр, ставший декабристом; Андрей, известный в свое время духовный писатель, и Сергей, сделавший гражданскую карьеру.
Михаил воспитывался в училище при Московском университете, проявляя большие способности к математике. В 1810 юный Муравьев основал из числа своих ровесников общество математиков. Заинтересовавшись этим обществом, его отец организовал у себя на дому в Москве лекционные курсы по математике, имеющие прикладное военное значение, особенно для штабной и провиантской службы. Эти лекционные курсы посещали вполне солидные офицеры и генералы. В 1816 на базе курсов была создана Московская школа колонновожатых, причисленная к Военному министерству, начальником в которой оставался Н. Н. Муравьев. В Отечественную войну 1812 Муравьев был зачислен в свиту Его Императорского Величества по квартирмейстерской части. Однако должность придворного не интересовала Муравьева, и он предпочел перейти в действующую армию. Участвовал во многих сражениях, был ранен при Бородине. В заграничном походе русской армии в 1813—14 Муравьев занимал ряд штабных должностей. Его математические способности ярко проявились в идеально организованной штабной службе. Вернувшись после победы над Наполеоном в Россию, Муравьев с 1815 стал преподавать математику в школе колонновожатых, которой по-прежнему руководил его отец. Для школы Муравьев составил «Программу для испытания колонновожатых Московского учебного заведения под началом генерал-майора Муравьева состоящих» (1818) и «Учреждения учебного заведения колонновожатых» (1819). Женился на П. В. Шереметевой, породнившись с одним из самых влиятельных родов в России. Одновременно с преподавательской деятельностью Муравьев принимал участие в деятельности тайных обществ, составлял устав «Союза Благоденствия». Однако, видя все большую политизацию Союза, превращающегося в заговорщицкую организацию, ставящую своей целью ликвидацию традиционной России, Муравьев с 1820 прекратил участие в заседаниях общества, а вскоре вышел в отставку и стал вести жизнь обычного помещика. После мятежа 14 дек., в котором активную роль играли многие его родственники, в т. ч. родной брат и свояк (сестра его жены была замужем за И. Д. Якушкиным), Муравьев был арестован и помещен в Петропавловскую крепость. Однако вскоре он был оправдан, поскольку на следствии выявилась полная непричастность его к заговору и мятежу. Муравьев возвратился на государственную службу и был назначен Витебским вице-губернатором. С 1828 он стал губернатором в Могилеве. На этом посту Муравьев прославился борьбой с «ополячиванием» белорусских земель. По его инициативе в губернии был отменен т. н. литовский статут (свод законов, принятых в Великом Княжестве Литовском еще в XVI в.) и распространено общероссийское законодательство. В делопроизводство с 1 янв. 1831 был введен русский язык вместо польского. Деятельность Муравьева в Могилеве пришлась на время польского мятежа 1830—31. Благодаря энергичным мерам, Муравьев не допустил во вверенной ему губернии мятежа. В 1830, буквально накануне мятежа, Муравьев подал Императору Николаю I записку, где обращал внимание на то, что через полвека после воссоединения Белоруссии с Россией в крае мало что изменилось со времен Речи Посполитой. Полными хозяевами края были польские помещики, угнетающие православное «быдло». Городскими жителями были в основном евреи, подчинившие себе всю хозяйственную жизнь Белоруссии. Духовная жизнь в крае была подчинена католической церкви, ведущей активную пропаганду «полонизма» и русофобии. В то время как польско-католические учебные заведения были весьма многочисленны и любого уровня — до Виленского университета включительно, русских православных школ в крае практически не было. При этом до Муравьева губернаторы и другие администраторы Белоруссии, назначенные в С.-Петербурге, предпочитали из соображений сословной солидарности поддерживать польско-католическое господство. В этих условиях Муравьев наживал себе влиятельных врагов не только в польских кругах, но и в петербургском «высшем свете», предлагая поддерживать в бывших польских владениях русский элемент, составлявший 90% населения края. Для начала Муравьев советовал преобразовать просвещение в крае, закрыть иезуитские учебные заведения, в т. ч. и Виленский университет, контролируемый иезуитами. Польский мятеж, подтвердивший все опасения Муравьева, способствовал его карьере — в 1831 он стал губернатором в Гродно, в 1832 — в Минске. Усмиряя мятеж, Муравьев без всяких колебаний конфисковывал владения мятежной шляхты и даже подвергал благородных панов телесным наказаниям. Шляхта затаила злобу, начались интриги. Результатом происков польских магнатов и их петербургских друзей стало перемещение Муравьева на должность военного губернатора в Курск в 1835. Из предложений, высказанных в «Записке», реализованы оказались немногие пункты: была упразднена униатская церковь и белорусы вернулись в Православие, «Литовский Статут» был отменен повсеместно и российские законы распространены во всем крае, русский язык стал языком администрации и канцелярии. Эти полумеры не намного усилили русское влияние в крае, и польская шляхта с католическим духовенством продолжали подрывную деятельность против России.
Муравьев после губернаторства в Курске медленно поднимался по административной лестнице, занимая должности директора Департамента податей и сборов, с 1842 был назначен в Сенат, а с 1850 — членом Государственного Совета. В 1850—57 Муравьев был также вице-председателем Императорского Географического общества. Однако только с воцарением Александра II карьера Муравьева пошла в гору. В 1856 он был назначен председателем Департамента уделов, а год спустя — министром государственных имуществ. На этом посту Муравьев сыграл большую роль в деле освобождения крестьян. Однажды на заседании Главного комитета по крестьянскому вопросу Муравьев воскликнул: «Господа, через десять лет мы будем краснеть при мысли, что имели крепостных людей». Однако в конце 1861 Муравьев был отправлен в отставку, став жертвой борьбы петербургских бюрократических группировок. Однако он недолго был не у дел. В янв. 1863 начался новый польский мятеж. Он был гораздо опаснее мятежа 1830—31, хотя общее число мятежников составляло около 10 тыс. человек, причем они не взяли ни одного города и не имели ни одного успеха в прямом боевом столкновении. Все свои надежды поляки возлагали на помощь Запада и поддержку внутри России со стороны либералов и радикалов. В апр. и июне 1863 Англия, Австрия, Италия, Швеция, Испания, Португалия, Голландия, Дания, Османская Империя и папа Римский предъявили российскому правительству дипломатические ноты, напоминающие ультиматум, требуя изменить политику в польском вопросе. Возник политический кризис, вошедший в историю как «военная тревога 1863». Внутри России поляки встретили полную поддержку «передовой интеллигенции». Герцен и Бакунин собрали в Англии интернациональный отряд, который с большим запасом оружия отправился на корабле к берегам Литвы (впрочем, сами организаторы предпочли остаться на Западе). В Поволжье группа заговорщиков планировала поднять мятеж («Казанский заговор»). Во многих петербургских и московских ресторанах «просвещенная» публика открыто поднимала тост за успехи «польских товарищей». Положение осложнялось еще и тем, что наместник в Польше вел. кн. Константин Николаевич, человек весьма либеральный и доброжелательный, не был способен управлять краем, охваченным мятежом. Он медлил с введением чрезвычайного положения и применением военной силы, когда мятеж охватил уже всю Польшу и перекинулся в Литву и Белоруссию.
В этой накаленной обстановке знаменитый журналист М. Н. Катков не только выступил на страницах «Московских ведомостей» с призывом подавить мятеж, но и предложил заменить гражданскую администрацию в Польше и Северо-Западном крае, состоящую в основном из поляков, и назначить туда генерал-губернатора с диктаторскими полномочиями. Катков предложил кандидатуру Муравьева, напоминая о его энергии, организаторских способностях и опыте действий в 1830—31 в отдельных губерниях края. 1 мая 1863 указом Императора Александра II Муравьев был назначен генерал-губернатором семи губерний (Виленской, Ковенской, Августовской, Витебской, Минской, Могилевской и Гродненской). Муравьев действовал быстро и решительно. Он прибыл в Вильно 26 мая, а уже 8 авг. принял депутацию Виленского шляхетства с покаянием и изъявлением покорности. Уже к осени Муравьев разгромил основные отряды мятежников, а к весне 1864 усмирение края было завершено. Действовал Муравьев порой беспощадно — по приговорам военно-полевых судов было казнено 127 чел., ок. 5 тыс. сослано в Сибирь и еще 1260 чел. административным порядком уволены с должности. В боях было убито св. 5 тыс. мятежников. Тем не менее до сих пор во всех польских и западных учебниках истории говорится о сотнях тыс. казненных и сосланных! Особую ярость у поляков и российских либералов вызывали публичные казни через повешение шляхтичей, что нарушало «Указ о вольности дворянства». За решительность и непреклонность в подавлении мятежа за Муравьевым у либеральной публики закрепилось прозвище «Вешатель». Интересно, что автором прозвища был сам Муравьев, который на всякие намеки о его родственниках-декабристах говорил: «Я не из тех Муравьевых, которых вешают, а из тех которые вешают!». Усмирение мятежа далось малой кровью — при выполнении долга погибло 826 русских солдат и 348 пропало без вести, умерло от ран и болезней, погибло также несколько сотен полицейских и гражданских чиновников (в основном верных присяге Царю поляков), всего погибло 4 тыс. защитников порядка. Однако Муравьев не только воевал и вешал. Направляясь в Северо-Западный край, Муравьев поставил перед собой задачу искоренить из общественной жизни национальные, социальные и религиозные особенности края, реализуя собственную программу 1830 о русификации Белоруссии. Муравьев обложил налогом в 10% доходов все помещичьи имения, а также собственность католического духовенства. Кроме того, шляхетство должно было оплачивать содержание сельской стражи, состоявшей из местных православных белорусов. Можно представить себе ярость панов, оплачивающих вооруженную стражу из числа своих бывших крепостных! Муравьев провел в Белоруссии настоящую аграрную революцию, отменив временнообязанное состояние и выполнение крестьянами феодальных повинностей. Батраки и безземельные крестьяне начали наделяться землей, конфискованной у участвовавших в мятеже помещиков. Стремясь создать в крае слой зажиточного русского крестьянства, Муравьев ассигновал 5 млн руб. на приобретение православными секвестированных панских земель. Муравьев начал создавать русские православные школы и открыл доступ местным православным уроженцам ко всем должностям. Плоды деятельности Муравьева сказались десятилетия спустя. Известный национальный мыслитель XX в. И. Л. Солоневич вспоминал о времени своей юности в Белоруссии: «Край, — сравнительно недавно присоединенный к Империи и населенный русским мужиком. Кроме мужика русского там не было ничего. Наше белорусское дворянство очень легко продало и веру своих отцов, и язык своего народа и интересы России… Народ остался без правящего слоя. Без интеллигенции, без буржуазии, без аристократии — даже без пролетариата и ремесленников. Выход в культурные верхи был начисто заперт польским дворянством. Гр. Муравьев не только вешал. Он раскрыл белорусскому мужику дорогу хотя бы в низшие слои интеллигенции». Поразительно, но российские либералы обвиняли Муравьева одновременно в подавлении свободы польского народа и в «пугачевском» разгроме польского помещичьего класса. 1 мая 1865 Муравьев был уволен с поста губернатора после окончания своей миссии и удостоен титула графа Виленского. Последним делом гр. Муравьева-Виленского было участие в комиссии по расследованию дела Дм. Каракозова.
Лит.: 1. Всеподданнейший отчет гр. М. М. Муравьева по управлению Северо-Западным краем (с 1 мая 1863 по 17 апр. 1865) // Русская старина. 1902. Т. 110; Катков М. Н. Собрание передовых статей по польскому вопросу 1863—64. В 3 т. М., 1887.

Лебедев С. В.

© Институт Русской Цивилизации.
E-mail: info@rusinst.ru

Изготовление cайта - Wilmark Design.
2004-2017г.
Об институте  |  Труды института  |  Энциклопедия  |  Видеоматериалы

В оформлении проекта использован фрагмент картины И.С. Глазунова "Вечная Россия"